С анонимностью тоже покончено. Доступ к документам всех компаний, зарегистрированных в Люксембурге, получили журналисты французского издания Le Monde. В сотрудничестве с Центром по изучению коррупции и оргпреступности (OCCRP) они привели больше миллиона документов из полученного архива в такой вид, чтобы их можно было проанализировать. «Важные истории» стали партнером проекта в России. В люксембургских файлах — не только корпоративные бумаги, годовые и финансовые отчеты, но и сведения о бенефициарах компаний, то есть об их реальных владельцах.

Люксембург обязался раскрыть эти данные после принятия Евросоюзом Пятой директивы по борьбе с отмыванием денег в 2018 году и создал так называемый публичный реестр бенефициарных владельцев, в который может заглянуть каждый. Но в этом официальном реестре поиск по фамилиям не разрешен. Благодаря люксембургским файлам мы получили доступ к полному списку бенефициаров.

«Важные истории» обнаружили в этом списке больше тысячи россиян. Среди них — не только бизнесмены из рейтинга Forbes (больше 20 человек), но и бывшие и нынешние сотрудники госкомпаний, а также их крупные подрядчики. В том, что российские предприниматели имели компании в Люксембурге, нет ничего удивительного, поэтому нас больше интересовали фирмы выходцев из госкомпаний и тех, кто тесно с ними связан.

Люксембургские фирмы часто использовали для того, чтобы владеть недвижимостью в других европейских странах, поближе к теплым морям. Сам Люксембург выхода к морю не имеет, зато там есть особые налоговые режимы.

Чем они привлекательны, объясняет партнер Paragon Advice Group Александр Захаров: «Люксембургу, как одной из стран, стоявших у истоков Евросоюза и где находятся важные учреждения ЕС, позволялось многое из того, что не было позволено другим государствам Европы. Прежде всего, использование люксембургских компаний дает значительные налоговые преимущества при сделках с акциями. Там при соблюдении некоторых условий можно полностью освободить от налогообложения прибыль от продажи акций. Это причина, по которой Люксембург выбирают многие фонды и инвестиционные компании».

ПАРТНЕР PARAGON ADVICE GROUP
Александр
Захаров
Александр Захаров

«Использование люксембургских компаний дает значительные налоговые преимущества при сделках с акциями. Там при соблюдении некоторых условий можно полностью освободить от налогообложения прибыль от продажи акций. Это причина, по которой Люксембург выбирают многие фонды и инвестиционные компании».

По словам Захарова, банки любят использовать Люксембург для специальных сделок (секьюритизации), которые позволяют выводить за баланс проблемные активы. Есть также специальный режим, снижающий налоги для семейных фондов, управляющих активами (SPF). Они, наряду с фондами взаимного инвестирования (SICAV и SICAF), пользуются большой популярностью у россиян. Эти фонды сейчас — основной инструмент для привлечения денег в Люксембург.

«До 2016–2017 годов Люксембург также использовали для минимизации налогов при владении недвижимостью в Европе. Это было возможно благодаря договорам Люксембурга с другими странами, например, с Францией и Испанией, — говорит Александр Захаров. — Но французские и испанские налоговые органы давно нацелились на то, чтобы привлекать как можно больше денег в бюджет, и их действия носят профискальный характер, то есть они выявляют схемы, которые не имеют другого экономического смысла кроме создания искусственных условий для минимизации налогов». Эксперт вспоминает, что первым громким налоговым делом в отношении россиянина, связанным с использованием люксембургских компаний, было разбирательство с имуществом сенатора Сулеймана Керимова во Франции.

Сулейман Керимов
Сулейман Керимов
Фото: Совет Федерации

«Раньше богатые российские и европейские семьи использовали Люксембург, в частности, для сохранения анонимности при владении активами. Но теперь люди столкнулись с тем, что, если их не раскроют в России, их раскроют в Европе, и вынуждены учитывать эти риски», — добавляет Захаров. По его словам, найти в этом списке российских чиновников по-прежнему нелегко: «Они давно стараются не оформлять на себя компании, а если вообще что-то и оформляют, то на подставных людей. Использовать номиналов (номинальных владельцев имущества, за которыми стоит реальный собственник. — Прим. ред.) им запрещено, потому что по закону ограничения распространяются на любых связанных с ними третьих лиц, а не только на родственников. Но не исключаю, что некоторые недобросовестные чиновники все же используют номиналов. Хотя при владении иностранными активами риски для них намного выше, чем для обычных людей, — антикоррупционные действия за рубежом имеют всё более серьезные последствия».